Описывая «Тринадцать друзей Оушена», запросто можно скатиться к стариковскому нытью о том, что сиквел был лучше. Мол, атмосфера атмосфернее, смех громче, а у актеров в глазах плясали чертята.

Потому что действительно «Двенадцать друзей» были и остаются фильмом в своем роде уникальным — в нем Брюс Уиллис играл Брюса Уиллиса, Джулия Робертс притворялась Джулией Робертс, а Венсан Кассель танцевал зажигательную капайеру. На сюжет не обращали внимания — он, конечно, был, но с таким же успехом мог оставаться дома и весь день смотреть телевизор.

В триквеле без сюжета никуда — он мотивирует, заставляет действие развиваться, а актеров — заниматься такой унизительной и принижающей вещью как игра.

Нет, конечно, у них получается валять дурака как встарь, с тем же самым эффектом — вас начинает безудержно трясти от хохота. Но некоторая скованность чувствуется — а может, вовсе не скованность, а печаль от того, что пришлось вернуться к схеме первого фильма и в третий раз исполнить те же самые фокусы с некоторыми различиями. Ну действительно, неужели найдется на этом свете простак, который смотрел оригинал и всерьез поверит, что облапошивание Аль Пачино обойдется без подставных агентов ФБР, которые драматически арестуют одного из оушенят?

Впрочем, не покупайтесь на наше старопердунское ворчание. В конце концов, если «Тринадцать друзей» оказались не таким превосходными, как «Двенадцать» — это еще не значит, что кино не достойно самой искренней похвалы.

Ведь неповторимая атмосфера предыдущих двух частей никуда не улетучилась — даже когда на экране ничего вроде бы не происходит, от просмотра все равно получаешь зверское эстетическое удовольствие. Стивен Содерберг — режиссер все-таки удивительный: кажется, только он может заставить своих актеров несколько секунд кряду безмолвно пялиться в одну точку, не теряя при этом контакта со зрителем. Такое мало кому из киноделов сходит с рук.

А может, все дело в том, что каждое слово в «Тринадцати друзьях» — на вес золота? Болтают здесь не так чтобы очень уж много, но зато каждый диалог — настоящее украшение фильма. И не важно, о чем идет речь − о тяжкой судьбе мексиканских трудящихся или об технических особенностях работы серьезного казино.

Кое-кому из именитых режиссеров и сценаристов стоило бы поучиться.

Юрий Лущинский, Михаил Судаков
17 июня 2007