Опубликовано: 13 января 2008 г.


Если бы какого-нибудь москвича заморозили лет эдак 15-20 тому назад и разморозили сегодня, то вряд ли он узнал бы свой город. И дело вовсе не в новых домах и небоскрёбах. Последние несколько лет национальное лицо Москвы стало стремительно меняться. Бегло просмотрим новую этническую карту нашей столицы.


Резко выросло число негров. Если раньше они были заметны лишь в окрестностях «Лумумбы», то в последние годы молодых, самодовольных дорого одетых негров и негритянок можно встретить целыми компаниями во многих районах Москвы, где они поселились. И уже не редкостью стала такая картина – русская бабушка, выгуливающая на улице чернокожего внука… «От афро-русских браков родилось от 20 до 25 тыс. детей». «В Москве и Московской области, по примерным подсчётам, живут около 9 тысяч полукровок. 8 из 10 таких детей в России воспитывают матери-одиночки» (Родная газета. 23.01.2004).


Появилось большое количество китайцев, поселившихся в спальных районах. Эти ведут себя пока еще тихо, о численности же их сказать трудно – называются цифры до 200 тысяч (Независимая газета. 31.03.2006). «В Москве пока нет своего Чайна-тауна, но уже складываются некие «Чайна-хаусы». Это бывшие общежития ПТУ и институтов. Один такой дом расположен неподалёку от метро «Сокол». Тут же китайский ресторанчик «Чайна-таун». Коридор общежития напоминает лаз. Всё пространство между двумя стенами завалено огромными тюками и баулами. Только в одном этом общежитии живут 2–3 тысячи китайцев» (Новые Известия. 07.07.2006).


«В районе метро «Дмитровская» раскинулся вьетнамский квартал. Торговцы из Вьетнама живут в бывшем общежитии Московского государственного университета путей сообщения – вместо железнодорожников. Университет сдал в аренду почти 70% общей площади общежития. Теперь на первых четырёх этажах развернулся вещевой рынок. В общежитии есть даже ресторанчик «для своих» – с национальной кухней и низкими ценами» (Новые Известия. 07.07.2006). Ещё один опорный пункт вьетнамцев в Москве – общежития в районе Дубровки. О численности их также можно говорить лишь приблизительно. Как писала в 2004 г. правительственная «Российская газета»: «по официальной милицейской статистике, в прошлом году соседями москвичей были около 14 тысяч гостей из азиатской республики. Впрочем, понятно, что далеко не все приезжие сразу по прибытии отправляются оформлять регистрацию – по приблизительным оценкам, всего столичная диаспора вьетнамцев может насчитывать около 100 тысяч человек» (Российская газета. 18.05.2004).


Стараниями властей подвалы жилых домов были заселены дворниками-среднеазиатами (таджиками и узбеками), число которых поражает. «В штатных списках подрядчиков, отвечающих за уборку и благоустройство улиц, числится около 40 тысяч человек». «Дворников-таджиков, работающих в системе городского хозяйства, около 18 тысяч. На втором месте по численности – киргизы. Далее следуют узбеки, молдаване, россияне из провинции, белорусы. Но славян и молдаван в ДЕЗах и ГУПах не жалуют» (Известия. 31.03.2006). Это не считая армии рыночных грузчиков, торговцев, да и просто нелегалов…


«Афганцев только официально зарегистрировано в Москве свыше 60 тысяч» (Московская правда. 05.04.2002). Уже не редкостью стало встретить в метро или на улице ещё недавно экзотических темнокожих индусов и пакистанцев в чалмах: «благополучно живётся у нас индийской общине, насчитывающей 4,5 тысячи человек» (Новые Известия. 07.07.2006).


Наконец, резко выросло число кавказцев, причём речь уже идёт не о приехавших на время торговцах или гастарбайтерах, а о переселившихся сюда с Кавказа семьях, скупивших во многих домах целые лестничные клетки и этажи. Многие спальные район на окраинах Москвы уже приобретают характерный «кавказский акцент» – на улицах заметно большое количество кавказской молодёжи, многие тихие дворы уже утратили русский облик, приобретя характерные черты восточного аула – смуглая детвора, чернявые женщины с характерным профилем, часто в чадре и типично восточной одежде, закрывающей до ног, взрослые жители гор, старики...


Ещё в феврале 2004 г. доктор социологических наук, профессор Анатолий Козлов говорил в интервью «Известиям»: «Представители Кавказа во многих случаях ведут себя очень агрессивно при эмиграции, начинают вытеснять старожилов. Например, в Петербурге достаточно много мест, где компактно проживают кавказцы и откуда из-за этого уезжают коренные жители. Поговорите с милицией – они укажут вам целые лестничные клетки, где мигранты выкупили все квартиры. Они перетягивают туда родственников, образуют колонии… Ещё в конце 80-х годов Петербург был чисто русским городом: 93–94% населения составляли русские [эти данные относятся ко всему славянскому населению города]. Сейчас каждый пятый житель города – представитель юга, преимущественно Кавказа. Примерно такая же ситуация и в Москве. Представители национальных меньшинств вытесняют старожилов» (Известия. 27.02.2004).


Летом 2005 г. к этой проблеме обратились крупнейшие издания страны.


Так, «Комсомольская правда» опубликовала карту, на которой были нанесены районы наиболее массового расселения диаспор. И отметила: «Последние исследования столичных ученых показали: северные, восточные и южные окраины столицы превратятся в кавказские и азиатские кварталы». «Глядишь, и через несколько лет все вывески в Бирюлеве или Дегунине будут написаны затейливой восточной вязью, перекусывать придется в дуканах, а отовариваться – в ханутах» (Комсомольская правда. 27.07.2005).


Об этом же писал популярный журнал «Русский Newsweek»: «И Востряково, и Гольяново – места компактного проживания национальных общин. Они пока что не изолированы от окружающего их города: рядом по-прежнему живут русские, которые не хотят и не могут уехать от своих новых соседей. Но уже скоро представителей меньшинств станет намного больше, и в столице могут появиться настоящие гетто с четким делением на своих-чужих» (Русский Newsweek. № 30 (60). 15 – 21.08.2005).


Как выглядят эти иммигрантские гетто, можно увидеть в пригородах Парижа, полыхнувших огнём год назад: «За кольцевой дорогой начинается другой мир, похожий больше на арабо-африканский восток. И трудно представить, что до собора Парижской Богоматери отсюда каких-нибудь пять километров» (Известия. 07.11.2005). «До парижской Чечни – департамента Сен-Дени – можно за полчаса доехать на метро от Елисейских полей. После помпезного Парижа впечатление – как будто попал в забытую богом страну третьего мира. Грязные улицы, закопчённые панельные дома-девятиэтажки, убогие забегаловки – типичный спальный район. Европейцев – ни одного, только арабы и африканцы в национальной одежде – в глазах рябит от балахонов, тюрбанов и черных покрывал. Полно стихийных рынков, где торговцы, сидя на земле, нараспев расхваливают свой товар – французской речи здесь не услышишь» (АиФ. 16.11.2005). Жизнь этих иммигрантских гетто во всей красе можно увидеть, например, во французском фильме «Самая опасная профессия в мире» (1996 г.), где Жерар Депардье играет школьного учителя в таком вот иммигрантском гетто… Этническая преступность из среды новых мигрантов зашкаливает. Бывавшие во Франции представители нашей милиции говорят: «Я смотрел в УВД Лиона книгу регистрации задержанных. Все правонарушители из числа этнических французов занимаются в основном экономическими преступлениями. А у 90% задержанных за насильственные преступления – арабские фамилии. В районах, которые покидают эмигранты, преступность мгновенно падает». «Представьте себе, что в Москве милиция контролирует лишь часть города в пределах Садового кольца. А во все спальные районы боится заходить. А ведь в Париже все обстоит примерно таким образом!» (МК. 06.10.2005).


Иммигрантские пригороды Парижа не зря сравнивают с местной Чечней. Поджоги машин, жилых домов, школ, христианских церквей, нападения на полицейских осенью 2005 г. – только первая ласточка. «Мы пока ещё не представляем собой организованной силы, – утверждают юные вандалы квартала «112» парижского пригорода Обервилье, в котором побывал корреспондент «Известий». – Но скоро это произойдёт. И тогда у нас появятся «калашниковы», гранаты, взрывчатка. Мы придём на площадь Бастилии и объявим войну» (Известия. 08.11.2005). А долго ли Москве осталось ждаьб такого разворота событий?


Как отметил «Русский Newsweek», для русского населения Москвы «90% – это почти постоянная величина в последние 50 лет. И вот теперь баланс легко нарушен. Гораздо меньше стало и евреев (сейчас их около 0,7% против 2,1 в конце 1980-х и 6% в 30-е), а также немцев и прибалтов. А украинцев и татар – второго и третьего по численности этносов Москвы – в сумме сейчас всего на полпроцента больше, чем армян, грузин и азербайджанцев вместе взятых. Их доля в населении Москвы за 13 лет увеличилась в 5 раз – с 0,9 до 4,5%. По словам Ольги Вендиной [специалист по социальной и политической географии Института географии РАН, автор исследования «Москва этническая»], они превратились в самую заметную этническую группу столицы. Заметную настолько, что никто из москвичей никогда не поверит, что «этих» – всего-то жалкие 4,5%» (по переписи населения 2002 г.). (Русский Newsweek. № 30 (60). 15 – 21.08.2005).


Крупнейшая федеральная газета Юга России «Южный репортер» привела такие цифры: «Если верить данным переписи населения [2002 г.], то разговоры про «засилье кавказцев» в Москве сродни мифу. Представителей всех кавказских национальностей в столице постоянно проживает не более 5 процентов от общего числа жителей. Больше всего в Москве живет армян (125 тысяч), на втором месте азербайджанцы (95 тысяч), замыкают тройку грузины (55 тысяч), а первыми из российских республик Северного Кавказа идут чеченцы (14 тысяч).


Вот только столичная милиция переписи не верит. По данным ГУВД Москвы, которые оказались в распоряжении «ЮР», в Москве и ближнем Подмосковье проживают до 900 тысяч азербайджанцев и около 380 тысяч чеченцев, и это самые многочисленные из всех 17 кавказских диаспор, обосновавшихся в столице» (Южный репортер. 29.08.2005).


Сами диаспоры, кстати, давно открыто называют такие же цифры: «По данным советника президента Всероссийского азербайджанского конгресса (ВАК) Эльдара Кулиева, 30–40% рынка торговли овощами и фруктами контролируют его земляки. Тысяч 700–800 прописаны в Москве, примерно столько же нелегалов» (Столичная вечерняя газета. 06.08.2003). «Сами рядовые московские чеченцы утверждают, что их в городе не меньше 300 тысяч» (АиФ. 29.01.2003).


Сила азербайджанской диаспоры прежде всего в финансовой сфере. Председатель комитета Мосгордумы по экономической политике Ирина Рукина заявила: «Легальная часть азербайджанской диаспоры в Москве – около миллиона человек. Официально эти люди зарабатывают на торговле порядка 2,5 млрд. долларов в год. А бюджет всего государства Азербайджан – 1,4 млрд. При этом вся рыночная торговля, это не секрет, в руках одной диаспоры» (Комсомольская правда. 24.11.2004). И это ещё лишь вершина айсберга. На конгрессе российских азербайджанцев в Москве в октябре 2004 г. Лужков заявил: «У нас с Азербайджаном помимо официальных объёмов товарооборота есть такой интим, который в разы превышает официальный» (Известия. 10.10.2004).


Особенно заметным вытеснение русских становится, если взглянуть на русских детей.


«Сейчас при регистрации в загсе доля новорожденных от русских родителей составляет лишь 55%, а ещё 4 года назад их было 70%» (Русский Newsweek. № 30 (60). 15 – 21.08.2005).


«У нас, кстати, в детсады ходят 13 тысяч детей мигрантов, многие из которых и говорить-то по-русски не умеют, – мы берем всех», – говорит руководитель Департамента образования Москвы Л. Кезина (МК. 30.08.2005). При этом: «12 тысяч столичных малышей в этом году не попали в детские сады из-за нехватки мест» (МК. 15.09.2005). Их место заняли дети мигрантов.


«Миграция населения из Средней Азии и Кавказа, где традиционно высок уровень рождаемости, привела к изменению демографической ситуации в столице. Уже сейчас для Москвы типична картина, когда для 20–30% всех учеников начальной школы где-нибудь на окраине русский язык – неродной». «Особенно много таких школ в Южном, Юго-Восточном и Восточном административных округах столицы, в учебных заведениях которых доля иноязычных детей (азербайджанцев, китайцев и корейцев) достигает 50%. Родители-москвичи панически боятся отдавать своих детей в подобные школы» (Профиль. № 10 (328). 10.03.2003).


«По прикидкам социологов, к 2010 году для каждого второго ребёнка в российской столице русский будет вторым языком. Уже сегодня в Москве есть учебные заведения, в которых половина учеников – дети мигрантов. Там даже вводят новый предмет – «русский язык как иностранный» (Комсомольская правда. 08.12.2005). И это уже не Москва, не Россия – островок чужого мира.


«Статистика Института экономики и социологии свидетельствует: по численности вслед за русскими учениками (около 75%) в московских школах идут представители четырёх мощных диаспор. Азербайджанские дети – это почти 12% от общего числа школьников, армяне – 6%, третье место у украинцев – 5,8%, а четвертое занимают татары – 3,3%.


«Моя школа – полинациональная, – рассказала корреспонденту «НГ» директор школы № 157 с азербайджанским этнокомпонентом Аида Кулиева. – У моноцентров будущего в Москве нет. У меня учатся азербайджанцы – порядка 30%. Остальные – русские, украинцы, армяне, чеченцы, казахи, осетины – всего 16 национальностей. А вот учителя в основном русские». Школа № 157 неплохо иллюстрирует тезис о специальной подготовке педагогического состава этнозаведений: азербайджанский блок учителей составляет треть».


«Для встречи с корреспондентами «НГ» она собрала в своем кабинете лучших учеников-старшеклассников, которые с удовольствием рассуждали на заданные темы: о событиях во Франции («главная причина – невозможность учиться детям мигрантов»), о своей школе («это – кусочек Азербайджана») и о Москве («нам здесь хорошо»)».


«В отличие от азербайджанской, армянская школа № 1110 на юго-западе Москвы – мононациональная: русских детей и представителей других народов там единицы. На переменах в узких коридорах и небольших классах (школа расположена в бывшем здании детского сада) – непрерывный гул. Везде армянская речь – в основном дети и учителя общаются на своем языке» (Независимая газета. 22.11.2005).


«Маленький Азербайджан», «маленькая Армения»… И всё за наш с вами счёт: «только в России и её столице развитие этношкол поддерживается на государственном уровне» (Там же). «В Москве также имеются государственные таджикская, еврейская, корейская, армянская, азербайджанская и прочие школы. Дошло дело и до открытия мононациональных детских садов. А вместе с центрами дополнительного образования количество национальных учебных заведений в Москве перевалило уже за восемь десятков. Многие финансируются из средств городского бюджета» (Труд. 12.05.2005).


В общем, Москва стремительно догоняет Берлин, где уже поставлен своеобразный «рекорд»: «В берлинском районе Кройцберг появилась первая в стране общеобразовательная школа, из которой сбежали все ученики-немцы. Более того, в ней не учатся даже переселенцы из Восточной Европы. Из 342 учащихся Эберхарт-Кляйн шуле 80% составляют дети турецких переселенцев, остальные – отпрыски арабов, албанцев, югославов, африканцев и вьетнамцев.


В этом учебном заведении покрытые хиджабами головы учениц на уроках физкультуры считаются вполне естественным явлением. По словам директора Бернда Беттига, последние четыре немецких ребёнка покинули альма-матер ещё в прошлом учебном году – не выдержали многообразия культур. Господин Беттиг не скрывает, что, если к нему «по ошибке» обратятся родители-немцы, он порекомендует им отдать своих чад в другую школу» (МК. 23.07.2005).


Растет и обслуживающая новых жителей Москвы инфраструктура! «В Москве в последнее время мечети строятся одна за другой. Появляются магазины, где мусульмане могут купить «разрешенную Аллахом еду» – халяль. Открылись специальный роддом для мусульман, зубная клиника. Многие рестораны, принадлежащие мусульманам, во время Рамадана (особого поста) принципиально открываются лишь вечером, когда правоверным разрешено вкушать пищу» (АиФ. 16.11.2005). Все как во Франции: «Сейчас во Франции мечетей строится столько, что мэр Марселя (где арабы уже составляют 30 процентов населения) недавно был вынужден издать специальный указ, ограничивающий это строительство. Как грибы, растут мусульманские роддома, исламские школы-«медресе», открываются фабрики «исламской одежды» (Там же).


Идет перестройка московской Соборной мечети, минареты которой должны подняться вровень с Храмом Христа Спасителя. О причинах перестройки прямо заявил заместитель председателя Совета муфтиев России Мансур Шакиров: «Вы посмотрите – сегодня в мусульманском храме, Соборной мечети, одновременно могут поместиться лишь около 500 верующих, а новая мечеть позволит вместить до шести тысяч человек. А еще планируется построить площадь, на которой смогут молиться ещё до двух десятков тысяч мусульман» (Strana.ru. 19.05.2006).


«На дополнительной территории площадью в 1,5 га будут размещены зал соборов, представительства мусульманских общин регионов РФ, исламский общественно-культурный центр. Проектом предусмотрено устройство подземной автостоянки.


Кроме того, в Москве будут построены зал конгресса Совета муфтиев России, гостиница и торговый комплекс «Халяль»» (Интерфакс. 09.02.2006).


«Общая площадь мусульманского комплекса в российской столице с новым молельным залом, просветительским и культурным центром составит 55 тысяч квадратных метров, а высота минаретов – 75 метров» (Россiя. 20.04.2006).


Для сравнения: «площадь помещений комплекса зданий храма Христа Спасителя составляет 55 тысяч квадратных метров» (Интерфакс. 18.10.2005), «высота храма Христа Спасителя вместе с крестом составляет 105 метров, а до купола – 77 метров» (Интерфакс. 05.10.2000).


Исламский комплекс строится с явным, показательным расчетом – не меньше, не ниже главного христианского храма Москвы и всей страны! Strana.ru пишет прямо: «Новая Соборная мечеть в Москве будет больше храма Христа Спасителя» (Strana.ru. 19.05.2006).


Мэр Москвы горячо поддержал Шакирова: «Когда мы задумали реставрацию, и уже шла подготовка документов, к нам приехал Юрий Михайлович Лужков. Мэр Москвы увидел: верующие, расстелив газеты и картонки, вынуждены молиться прямо на земле, под дождём, снегом. Градоначальник сказал, что нужно срочно готовить документы на новое молельное здание. «В нашем большом, многонациональном и многоконфессиональном городе и мечеть должна быть большой и просторной», – подчеркнул он». Как уточняют СМИ: «Постройка нового здания мусульманского храма в столице была санкционирована правительством Москвы, которое выпустило по этому поводу даже особое распоряжение» (Там же).


Действительно, ведь перестройка мечети обойдётся в полмиллиарда долларов! Без поддержки федерального и московского правительства мусульманам не обойтись.


Попутно надо будет снести расположенные рядом жилые дома, чтобы они не мешали строительству, о чём заявил Шакиров: «когда будет построен весь мусульманский комплекс, жилых домов поблизости не будет. Согласно проектным документам, они будут снесены, а людям, ныне живущих в этих домах, дадут более комфортабельное, нежели сейчас, удобное жилье. Вокруг останутся только государственные комплексы и бизнес-учреждения» (Там же).


И это только начало: «Юрий Лужков сказал, что в каждом округе в Москве должен быть мусульманский храм, чтобы каждый мусульманин мог добраться помолиться» (Там же).


Помимо мечетей, открывается и исламская школа: «В сентябре [2006 г.] в Москве откроется первая мусульманская общеобразовательная школа. Об этом заявил сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла Аширов. Помимо обычных предметов, дети будут изучать здесь Коран, арабский язык и даже питаться согласно канонам шариата. Идея пустила корни. Более того, поддерживается московским правительством» (Труд. 12.05.2006).
А что ждет Новосибирск?