«…был отчислен, но если вдуматься, от этого обрел душевный покой и долгожданную свободу. Потом в мемуарах  заслуженной поэтессы СССР - Б.Л.Ярмолаевой  было написано, что никакого отношения к студенческим  бунтам по поводу Пражской весны, он не имел. Так же не замечали за ним излишней отягощенности мыслями о борьбе с системой.
Но все же он шел против! Это был революционер-даосист, если так можно выразиться. Он не стремился что-то менять, но и не хотел  оставлять, все как есть. Поэтому на доске почета, там, где висели фотографии отличников учебы и комсомольских деятелей университета, он красной краской написал - « СПб – наш рулевой!», за что и был вызван в первый отдел. «СПб», по словам той же Ярмолаевой   расшифровывалось не как «Социалистическая партия большевиков», а попросту: « Суки поганые, бля».  Видимо до особистов докатились слухи о истинном значении этого лозунга, но никаких обвинений, тянувших на статью, они ему предъявить не смогли. Да и время было уже не то. Поэтому его просто отчислили за академическую неуспеваемость.
Далее он косил от армии и преуспел в этом искусстве до того, что  стал диссидентом и уехал из страны, женившись для этого на еврейке   Горгонзоллер. Позже Борис Гребенщиков скажет по этому поводу: «Как много комнат полных блядей, но пока нет твоей любви, будешь хотеть и хотеть».
В конце своей жизни, он был абсолютно всем доволен. И даже тот факт, что никто, кроме него так и не стал…» В этот момент радио замолчало и эфире стало тихо, как будто кто-то оборвал провод…