Я хочу верить

Практически уже возрастная докучливость режиссера Ридли Скотта, выражающаяся в бессовестном и недосягаемом для многих качестве его фильмов, раздражает Всеяредакцию намного больше, чем отсутствие в его картинах глубокомысленности или свежего взгляда. Разумеется, если вы относите себя к пылким юношам, собравшимся на платформе под лозунгами «Дорогой Ридли, наш рахат-лукум и путеводитель по ближневосточному конфликту», то, наверное, имеете полное право обиженно надувать румяные щечки, поскольку «Совокупность лжи» вряд ли откроет какой-нибудь новый горизонт. По той простой причине, что в тысячный раз открывать одно и то же невероятно скучно.

Вспомните недавнее «Королевство». Вспомнили? Тогда скажите, зачем нам ещё одно «Королевство»?

Очередное кино сэра Скотта само по себе является образцом и стандартом качества, от которого получаешь удовольствие как от механизма, в котором нет лишних частей, а те, что есть, тикают с поистине швейцарской точностью.

Трудно, наверное, найти еще одного похожего режиссера с таким мальчишеским увлечением играть в солдатики и бряцать оружием. Есть, конечно, Майкл Бэй, фактически снимающий рекруционные ролики про военных, которым и сам Мегатрон не брат, но всё это слишком несерьезно, а Ридли Скотт вовсе не шутит, когда начинает собирать урожай свинца.

Цитата:     "Никто не любит Ближний Восток".

В случае с «Совокупностью лжи» режиссер отошел от близкого огневого контакта «Чёрного ястреба», потому что показывает войну исключительно тайную. Но и там есть место адреналиновым перестрелкам, погоням и мордобою. Последнее, как нетрудно догадаться, вносят приятное разнообразие в битву умов, где предпочтительнее резвее соображать, чем быстрее жать на курок.

Правда, интуиция подсказывает, что большой любви с разведкой у кинодела не получится. Как-никак, Ридли Скотт ставит под сомнение главный принцип разведслужб и сколько то там сезонов «Секретных материалов» про всяческое отсутствие доверия. По версии «Совокупности лжи“, чем больше интригуешь и ставишь рекорды по цинизму, тем больнее получаешь по шапке в будущем.

Рыцари плаща и кинжала тоже измельчали и потеряли в романтическом лоске и харизме — на вершине пирамиды сидят самодовольные бюрократы, отождествляющие себя со всей нацией, внизу над приведением малины в негодный вид работают идиоты. Есть вменяемые одиночки, но карт бланш они получают раз в вечность и не улучшают статистку успешно доживающих до пенсии.

В постоянно движущихся водах сюжета обитают очень даже живые люди, устойчиво держащие уровень внимания и личной заинтересованности на высоте. Хвалить Рассела Кроу или Леонардо Дикаприо мы не собираемся, а то вдруг на радостях возьмут и расслабятся. В конце концов, будь они не безоговорочно убедительны в своих ролях, их услуги вряд ли бы понадобились.

По всему выходит, что означенное кино сложно отнести к фильмам, которые, как другие произведения Ридли Скотта, отзовутся в вечности — не тот размах, не тот сюжет и не те персонажи.

“Совокупности лжи» из тех, кто просто отрабатывает на все существующие проценты. Что тоже немало.

Юрий Лущинский
24 ноября 2008

«Спокойный детективный триллер» — зверь страшно редкий и чуть ли не с самого рождения занесённый в Красную книгу киноиндустрии. Сам жанр триллера (особенно детективного) подразумевает остросюжетность, взвинченные нервы, недетский темп повествования и прочие радости активного образа жизни. Это, конечно, если речь идёт о хорошем кино, а не о тоскливых отрыжках жанра, чья единственная польза для искусства заключается в том, что на их фоне по-настоящему достойные вещи представляются в ещё более выгодном свете.

Свою манеру излагать главную историю без какой-нибудь спешки и суеты, вдумчиво, созерцательно, в некотором роли даже медитативно Карен Оганесян продемонстрировал ещё в драме «Я остаюсь» — фильме безусловно трогающем, но самую малость затянутым. В «Домовом» почерк режиссёра узнаётся буквально с первых же минут — тут вам и обстоятельное развитие характера главного героя, и откровенное любование окружающим миром (даже непогодой, ведь дождь — это не только льющаяся с неба жидкость, но и красивое, завораживающее зрелище, если подойти к вопросу с правильной стороны), и долгие почти статичные планы, от которых, на удивление, не хочется отрезать ни секунды.

Как со всем с этим уживается сюжет, включающий в себя исписавшегося и закладывающего за воротник автора детективов, ставшего свидетелем хладнокровного заказного убийства, а также самого киллера без страха и упрёка, охотящуюся за ним милицию и даже небольшую порцию семейных скандалов, не совсем понятно. Однако ж — уживается и даже претендует на звание образцового соседа.

Понятно, что изрядную долю очарования вносят актёры: Хабенский роскошно изображает приступы творчества и запои, а Машков зверски убедителен в роли наёмного убийцы — то ли действительно абсолютно безэмоционального, то ли успешно скрывающего наличие хоть каких-то чувств.

Понятно, что от души помогает и музыка — не особо западающая в память, но исключительно атмосферная, такая же спокойная и обволакивающая, как само кино.

Понятно, что сюжетная интрига — не самая, быть может, замысловатая на свете, но вполне достойная звания детективной — тоже повинна в том, что из «Домового» получилось на удивление ладное кино.

Словом, почти всё понятно, но конечный результат всё равно по-хорошему удивляет.

Михаил Судаков
21 ноября 2008

Вечер с Кевином Смитом

Как правило, чтобы понимать фильмы режиссёра Кевина Смита, вовсе не обязательно досконально знать его биографию, место и время рождения, а также количество и породы собак, которых режиссёр держит у себя дома.

И комедия «Зак и Мири снимают порно» — не исключение из этого правила, поэтому не расстраивайтесь раньше времени, никто вас не пошлёт в принудительном порядке смотреть «Вечера с Кевином Смитом», коих уже набралось аж три выпуска — один другого смешнее.

И если вы не случайный зритель, то, разумеется, и сами прекрасно осознаете, чего ждать от автора обоих «Клерков», «Догмы» и «Джея и Молчаливого Боба». Юмора, искренности, серьезности и тотальной несерьезности, синефильства — короче, всех тех причин, за которые фильмы Кевина пользуются всеобщей любовью и катапультируют из кинозалов нечаянно забредших благовоспитанных бабушек с внучатами.

В «Зак и Мири снимают порно» режиссер рассказывает старую как мир историю про людей, попавших в затруднительное положение — кстати, самый действующий стимул для иных товарищей, чтобы начать что-то менять в своей жизни. Ну а поскольку в фильмах Нашего Всего главные роли отводятся персонажам, чаще всего характеризуемым как неудачники, то изменения зачастую носят всеобъемлющий масштаб.

Избитость авторского месседжа искупает факт того, что Смит, как и его герои, ворвался в мир кинематографа, пусть и обыкновенного, а не порно, будучи не дипломированным специалистом и не в компании заслуженных актеров. Вовсе нет. Первые «Клерки» были сняты под стать порно Зака и Мири — ночью, на работе, за собственные деньги и с лучшими друзьями в главных ролях.

Цитата:      - "Остаться в живых" смотришь? Что там у них?
- Ох, чувак, они то на острове, то не на острове.

Короче говоря, чуваку, прошедшему путем протагонистов, позволительно проповедовать о том, что никогда не поздно привести свое барахло в порядок. Тем более что раз Кевин сумел удержаться от занудства, даже когда снимал свое христианское кино с резиновым дерьмодемоном, то про фильм о порнографии и говорить не стоит.

«Зак и Мири» стали лишь поводом для очередного смитовского зажигательного выступления на тему всего — от любимых «Звездных войн» до сериала «Остаться в живых». Количество заготовленных шуток и прибауток зашкаливает за все разумные пределы. Кажется, что Смит всерьез рассчитывал, что зритель не будет разгибаться от смеха на протяжении всего фильма. Такое, наверное, вряд ли способствует улучшению здоровья и увеличению долголетия.

Культурные границы, разумеется, снесены вдребезги, а стражи нравственности спрятались от греха подальше. Ситуация иной раз напоминает сцену с зоофилией в «Клерках-2» — вроде как хочется отвернуться, а никак не получается — крайне интересно, что Смит отмочит дальше.

Единственное, что мешает «Заку и Мири» стать самым лучшим романтическим фильмом за всю историю, собственно, сама романтическая линия. Хоть Сет Роген и Элизабет Бэнкс играют так, что не придерешься, не до конца получается избавиться от ощущения, что их история не очень-то интересовала Смита, и они — лишь прикрытие для уморительной сцены голубеньких Джастина Лонга и Брэндона Рута.

И где, черт побери, Бен Эффлек, Мэтт Дэймион, Джейсон Ли и Брайан О’Халаран? Некомплект, блин.

Юрий Лущинский
19 ноября 2008

Для зрителей какого конкретно возраста предназначается «Город Эмбер», наверняка смутно представляет себе даже режиссёр Джил Кенан. Впрочем, это-то как раз неудивительно — его предыдущую работу, мультик «Дом-монстр», тоже сложно было однозначно отнести к детскому либо взрослому департаменту. В конце концов, товарищу всего 32 года, а для многих это такой возраст, когда в казаки-разбойники играть уже перестал, но примерять деловой костюм и серьёзную рожу желанием пока не горишь.

Вот и в «Эмбере» моменты, которые способны озадачить любого взрослого (слишком уж сильные сюжетные допущения приходится прощать), ходят под ручку со сценами, от которых самые юные зрители ещё долго будут писаться в постель и звать по ночам маму. Представьте себе, что в каком-нибудь добрейшем «Джуманджи» вырвавшиеся на улицы города звери рыскают по домам в поисках человечинки — получите очень смутное, но в целом верное представление о картине Кенана.

Впрочем, это же самый натуральный квест, а квестам позволено многое из того, что не позволено другим жанрам. В том числе эпизоды, чуть ли не один в один содранные с «Чужих» (да-да, тех самых, камероновских), сюжетные загогулины типа «пойду пожалуюсь на нехорошего влиятельного человека его правой руке» и даже манеру выставлять в идиотском свете мудрых Создателей, которые не надорвались построить такую чудесную махину, как город Эмбер, но с громким плеском сели в лужу, когда дело дошло до Исхода из оного.

Тем паче что все остальные составляющие хорошего фильма на месте — симпатичные главные герои (Сиршу Ронан из «Искупления» вряд ли можно назвать писаной красавицей, но харизма, и немалая, у девочки имеется — это факт), некоторое количество как чисто логических, так и механических загадок, чтобы зритель не заскучал (говорим же — квест), достойные атмосфера со стилистикой (тут одно крепко связано с другим), а также отличные актёры Тим Роббинс и Билл Мюррэй на главных взрослых ролях.

Словом, испытать от «Города Эмбера» какой-то там прямо уж щенячий восторг получится навряд ли. А вот получить свою долю удовольствия — более чем реально.

Михаил Судаков
2 ноября 2008

Меньше искусства

Люди с привычкой использовать тонкие и хрупкие инструменты для выполнения грубой физической работы никогда не получат главный приз в конкурсе по сообразительности.

И, давайте будем откровенны, им даже не вручат почетной грамоты участника, ну разве что свернут трубочкой и надают по ушам, что вряд ли можно считать за признание заслуг. Общественное мнение чаще всего сходится, что они, люди с микроскопами для вбивания гвоздей, в лучшем случае дурачки, в худшем — идиоты и кретины, в зависимости от стоимости прибора и важности гвоздя. То есть всё-то с ними понятно.

А как быть с индивидуумами, которые используют грубые инструменты — ну, к примеру, кузнечный молот, — чтобы творить высокое искусство? Наверное, Смелыми Экспериментаторами — это в том случае, когда у них всё получается. А если не всё и не всегда, то, скорее всего, неудачниками, которые не до конца поняли, с чем они имеют дело и для чего их вообще позвали.

А в нашем случае Бондджеймсбонд — даже не предмет искусства, а взаправдашний молот, тупой инструмент с давно уже не меняющимся алгоритмом действий: выпил, трахнул, взорвал, спас мир (естественно, романтика, блн). Вот вы говорите: «Казино Рояль!» А что именно «Казино Рояль»? Ну, показали, что у молота бывают слабые точки в начале профессиональной карьеры и не более того.

«Квант милосердия» берётся за задачу, в принципе, непосильную — делает из протагониста драматического героя. Зачем и для кого? Тем более, что на самом Бонде насажденный сверху психологизм сидит как купленный в советской галантерее костюмчик. Все переживания, скорее, происходят в головах персонажей, окружающих главного героя − они строят какие-то версии, отстраняют Бонда от службы (как обычно, совершенно безрезультатно), а у Джеймса нет чувств, просто проблемы с сохранением жизни подозреваемым.

Цитата:     - Да ладно вам, Феликс, отвечали бы сразу: ЦРУ. Мне ваш адрес таксист назвал (Бонд).

Зато сколько времени требуется, чтобы скормить фантомные переживания агента 007! Кажется, будь на то только одна режиссерская воля, экшена не было бы вообще, или его бы настолько пропитали высокохудожественным подтекстом, что только держись. Именно так, к слову, и поступили со вступительной сценой погони, которая мало того что снята чересчур живой камерой, так ещё и периодически прерывается кадрами с бегущими лошадьми. И как прикажете получать удовольствие от подобного мельтешения?

Но похоже, что продюсерский караул бдительно следил за расшалившимся главным постановщиком, одергивая его когда нужно и не допуская обидных промашек. В дальнейшем камера ведет себя прилично, а художественные экшен-подтексты работают на благо, вот только боевые секвенции всё равно воспринимаются как обязаловка, навязанная чужой волей. Последнее не сказывается на зрелищности и изобретательности, но жить от одной сцены действия до другой, мирясь с постоянными драматическими и не цепляющими включениями, как-то чересчур сложно. Особенно после «Казино» Мартина Кэмпбелла, у которого экшена было поменьше, но насыщенность и энергичность били через край.

Дэниэл Крэйг, разумеется, безупречен в своей роли, но для кого это новость? Он был великолепным Бондом в первый раз и остался таковым во второй, особенно в тех моментах, когда расправляется с нечестивцами (случается часто), сухо шутит (в этот раз удручающе мало) и даже выражает искренние чувства − причём, представьте себе, вовсе не роскошной женщине в душе, а практически с точностью наоборот.

В общем и целом, «Квант милосердия» всеми силами старается держаться курса «Казино Рояль» — местами удачно, местами не очень. Но стать тем, чем «Тёмный рыцарь» стал для «Бэтмена: Начало», у фильма никак не получается. Что, разумеется, не отменяет правильности направления и всех многочисленных положительных моментов.

Посмотрим, как у них получится в двадцать третий раз.

Юрий Лущинский
5 ноября 2008

Режиссёру, который ещё не успел попасть в высшую голливудскую лигу, работа с многоопытным и именитым продюсером может показаться как благом, так и настоящим проклятием. С одной стороны, просторы для самодеятельности серьёзно сужаются: только попробуй заявить «Я так вижу!» — сразу намекнут, кто тут главный и кого следует слушаться в первую очередь.

С другой, не одну собаку съевший на успешных проектах мэтр может серьёзно подсобить в деле доведения фильма до полной и решительной кондиции — так, чтобы ни одна зараза не смогла обвинить твоё детище в непрофессионализме там, сям и «ещё вот тут, простите».

Мы понятия не имеем, как обстояли дела у Ди-Джея Карузо с творческой свободной во время съемок «На крючке», но Стивеном Спилбергом от фильма попахивает за много километров. И это, как вы понимаете, вовсе не укор.

Просидев «На крючке» около десяти минут, можно запросто решить, что по ошибке (не иначе — божественное вмешательство) попал на «Трансформеров-2» — до того масштабно, достойно и в хорошем смысле пафосно смотрится кино. Дальнейшие события лишь укрепляют во мнении, что товарищ Карузо попал под влияние просто не умеющего снимать не зрелищные фильмы, а теперь ещё и снюхавшегося с Майклом Бэем Спилберга.

Режиссёр, который умудрился каким-то запредельно невнятным экшеном испортить неплохую во всём остальном «Паранойю», а до неё — вообще не ставивший ничего динамичнее, чем «Забирая жизни», вдруг начинает выкидывать удивительные фортеля: вот вам вжимающая в кресло автомобильная погоня, вот развлекуха со взбесившимися кранами, вот прыжки с поезда, а вот и очень эффектно рушащаяся линия электропередач. И это, чёрт возьми, только начало.

Сюжету, кажется, вкололи лошадиную дозу адреналина — мчится так, будто за ним несётся эскадрилья лично выдрессированных догадайтесь-кем вертолётов. Да ещё и эволюционирует, собака, буквально на ходу — кино начинается как триллер, быстренько превращается в заправский боевик, а потом мутирует в, скажем так, нечто совсем неожиданное, из. Что особенно приятно, логика происходящего при этом не машет зрителю ножкой — в фильме, конечно, имеется некоторое количество условностей и допущений, но за рамки приличий они не выбиваются.

Если у «На крючке» и есть какие-то серьёзные недостатки, то исключительно в области не оправдавшихся ожиданий − хотели, дескать, фильм про теорию заговора, а получили чёрт знает что. Другое дело, что кому-то подобные сюрпризы не по душе, а кто-то этой самой души в них просто не чает. Мы — определённо из последних.

Михаил Судаков
24 октября 2008

Би-Би

Представители преисподней это не афишируют, но осведомленные источники утверждают, что совсем скоро в одном из кругов ада откроют специальное отделение для душ, согрешивших на ниве локализации фильмов.

Ранее тем, кто от души напортачил с переводом, приходилось делить сковородки с убийцами, грабителями и жуликами. Формально, испоганившие первоисточник засранцы порой убивали смысл, подменяли понятия и в конечном итоге грабили потребителя, лишая его заслуженного удовольствия. Правда, в последнее время их стало так много, а список жертв до того разросся, что убийцы и воры начали жаловаться — мол, уберите этих нелюдей подальше, они нас пугают до чёртиков.

Администрация пошла навстречу просьбам мучающихся и организовала спецконтингент чертей, говорящих преимущественно на великом и могучем, да ещё и вооруженных англо-русскими словарями, которыми они будут лупить заблудшие локализаторские души (и задницы) вплоть до Страшного суда.

И для команды переводчиков «Макса Пэйна», как мы слышали, уже забронированы самые лучшие места.

А теперь серьезно — ну что за хуйня? Как это прикажите понимать — как намеренный саботаж или хитроумный ход — угробить дубляжом фильм, и без того не хватающий звёзд с неба? Неужто всё это − лишь для того, чтобы получивший порцию помоев в мозг через уши зритель подумал: «А не пересмотреть ли мне кино в его девственном виде, авось, будет получше»?

Не можем дать никаких гарантий, что без перевода «Макс Пэйн» предстанет в каком-то ином, более возвышенном свете, но ручаемся, что голос Марка Уолберга будет соответствовать Марку Уолбергу, а не покойному Лучано Паваротти. Ладно, прекратим стенания по поводу локализации, поскольку делаем это явно не в последний раз — надо приберечь своё воображение на будущее. Поговорим о том, что получилось неважнецким ещё до операции по принуждению к русскому языку.

Цитата:     Би-Би! (Макс Пэйн).

Условно фильм можно поделить на две неравноценные половины — детективную и боевую. Доброжелательно настроенный человек назовет ту часть, в которой Макс ищет плохишей, в лучшем случае медитативной, а если вы плевать хотели на вежливость, то можете смело величать её скучной и занудной.

Чьё, интересно, это было решение — не чередовать действие с бездействием? Очень хотелось бы перекинуться с этим человеком парой ласковых на предмет положительного влияния адреналина на организм. Кто бы ни был в ответе за провисшую часть, он явно рассчитывал на эффект американских горок, когда томительное ожидание только добавляет удовольствия самим покатушкам, заставляя нервничать — мол, уже вот-вот, ещё минуточку, и сейчас стремительно понесемся вниз!

На деле получилось, что в горку нас тянут битый час, и к точке начала развлекалова клиенты прибывают полностью индифферентными ко всему. Лишь бы уже закончили побыстрее и выпустили на свободу.

Винить во всех смертельных грехах режиссера Мура, впрочем, совершенно не тянет — хотя бы потому, что перед глазами постоянно маячат плоды его усилий — картинка пронзительной красоты и стильности. Товарищ отлично сыграл свою нуар-партию, и разве он виноват, что на заднем плане постоянно фальшивил сценарист − человек, целиком и полностью сливший детективную часть и выставивший Пэйна чурбаном, три года бившим баклуши в отделе глухарей, хотя вычислить преступников было ну очень просто?

Главный антагонист, правда, немногим умнее − тот вообще совершает все возможные злодейские ошибки, на которые только способен плохиш с недержанием речи. В общем, список откровенных промахов чересчур обширен, чтобы его зачитывать целиком.

Что ж, хотя бы финальная разборка не подводит — тут вам накаченный веществами Пэйн, периодически проваливающийся в глюки а-ля Константин, и бодрые перестрелки, и адреналин, и все прочие тридцать три удовольствия.

Жаль, что всего этого так удручающе мало-мало-мало…

Юрий Лущинский
26 октября 2008

Превосходство Кремнева

В чём, спрашивается, причина отсутствия на обозримом поле отечественного кинопрома приличных экшен-звезд? На глазах давно уже маячат знакомые до боли лица и одна выдающаяся и вездесущая лысина, однако никого всерьёз не тянет к этому самому популярному среди любителей незамысловатых удовольствий жанру.

Где все эти актеры, которые берут не смазливым видом или простонародностью, а харизмой до пола и, так сказать, внутренним брюсомуиллисом или виндизелем? Где эти мачистые, на первый взгляд, лицедеи, умеющие с удивительной лёгкостью сигануть из чистого экшена в чистую же комедию?

На этот вопрос имеется очень простой ответ − у нас до сих пор не научились снимать толковые боевики. Да, есть несколько удачных исключений из этого грустного правила, но навскидку назвать режиссёра и актёра, которых хотелось бы назначить главными в министерстве экшена, как-то не получалось — до выхода «Непобедимого», как вы уже, наверное, сообразили.

Фильм режиссера Олега Погодина с Владимиром Епифанцевым в главной роли, конечно же, надо было выпускать под лозунгом, который был использован авторами «Типа крутых легавых». Что-нибудь в духе «От парней, которые посмотрели все заметные фильмы действия последних пяти лет и решили похохмить на эту тему».

«Непобедимый», по сути, полностью построен на заимствованиях и чужих экшен-находках, однако ставить ему это в вину будет лишь законченный зануда. Да, поведенческие привычки камеры напоминают Майкла Бэя, шутки с замедлением времени передают привет Заку Снайдеру, а постановка перестрелок явно намекает на своё эквилибриумное происхождение, но как только видишь всё это в действии, становится абсолютно фиолетово, где авторы подсмотрели тот или иной кинотрюк. Ведь не по-простецки взяли и с мясом выдрали какой-нибудь зрелищный эпизод, криво подвесив в неподобающем месте, верно?

В «Непобедимом» все киноцитаты приходятся удивительно ко двору. Невооруженным взглядом видно, что прежде чем использовать чужие концепции, их не один час изучали под микроскопом и думали, как бы разнообразить или улучшить конечный результат. И, что главное, улучшили и разнообразили: вы не представляете, насколько увлекательной и эффектной становится ган-ката, если присовокупить к ней пуленепробиваемый чемодан. Будь такой у клерика Престона, он бы играючи завоевал весь мир.

Цитата:     - Леха, вот мы грешим на Россию-матушку, а мне сейчас такая рожа улыбнулась, что Люберцы курят (безымянный русский на красной машине).

Отрадно, что национальный колорит не вылезает плохо заправленной рубашкой или криво повязанным галстуком — тут очень показательна сцена с типа паркуром, когда главный герой преодолевает полосу препятствий в виде небольших мальтийских улочек. Сразу видно — бежит не отзомбированный на всю головушку Борн, а сугубо наш человек. Получается не совсем гладко, хрупкие постройки не выдерживают национального темперамента, прыжки с высоты не всегда заканчиваются красивым кувырком, а в пространство время от времени улетает родное «Твою мать!» Выглядит всё это на пять с плюсом − и красиво, и смешно, и ничуть не вторично.

С экшеном, стало быть, разобрались. А ещё ведь присутствует актерская игра Епифанцева, Сергея Астахова и чуток похожей на Меган Фокс Ольги Фадеевой.

Тут, слава богу, также соблюдены все приличия и чувство меры. Накачав главных действующих лиц полярной идеологией, строители характеров не перегнули палку с патриотизмом или либеральными ценностями, а просто дали жить персонажам своими жизнями, положившись на убедительность и харизму актеров. И получилось из разряда «лучше не придумаешь»: нет законченного негодяя Доктора Олигарха или ярко выраженного героя Капитана Россия, есть просто разные люди, которые плюются друг в друга ядом с такой увлеченностью и страстью, что обзавидуются и гадюка, и верблюд. Наблюдать за этой парочкой — совершенно отдельное удовольствие.

Мы, право, даже не знаем, к какому жанру пристроить «Непобедимого». То, что начинается легкой экшен-комедией, где есть откровенно мультяшные эпизоды, под конец прибавляет в жестокости, кровавости и пафосе. Фильму это, впрочем, только к лицу, тем более что юмор не машет ручкой, а коварно поджидает зрителя за углом и набрасывается на него тогда, когда он меньше всего этого ждёт.

Очевидно, что «Непобедимый» скроен и сшит так, чтобы удивлять и поражать до победного конца. Совершенно неожиданно, но до чего же, чёрт побери, приятно!

Юрий Лущинский
30 октября 2008

Великолепный свистун

Замечательный олимпийский лозунг «Быстрее, выше, сильнее» замечателен ровно до той поры, пока его не начинают истолковывать слишком буквально. Черта, отделяющая стремление улучшить от заурядной попытки впихнуть всего-всего, да побольше, нарисована тонким серым мелом на грязном асфальте в дождливую погоду. Проще говоря, не успеваешь оглянуться, как вышеупомянутый слоган превращается — если без лишних церемоний применить его к «Мадагаскару-2» — в «Бодрее, насыщеннее, разнообразнее − ну и что с того?»

Сиквел одного из самых замечательных мультфильмов DreamWorks (лучше «Мадагаскара» может быть только «Шрэк-2» — это вам любой дошкольник скажет) и впрямь куда динамичнее оригинала — событий заметно больше, персонажей тоже (хотя на собратьях-клонах Марти создатели, конечно, от души сэкономили — искренне надеемся, что автору этой идеи выдали премию за рацпредложение, а потов уволили к дьяволу − жутковато получилось, на самом деле), плотность шуток на квадратную минуту экранного времени как будто бы увеличена (не все из них бьют в цель, но это уже другой разговор) и так далее, и тому подобное.

Это, с одной стороны, хорошо — видно, что режиссёры Эрик Дарнелл и Том Макграт искренне старались всячески ублажить зрителя. С другой — какая-то частичка мадагаскаровской магии определённо испарилась. По крайней мере, уже не так истерически смешно, немного сумбурно, а кое-где даже скучновато. Слава богу, это «кое-где» встречается до того редко, что подобное недоразумение можно смело пропустить мимо глаз и ушей. Сценаристы тоже люди, даже у них бывают неудачные дни, перепады настроения и кратковременные расстройства рассудка.

Цитата:     - Давайте быстрее, пока у нас крыша на место не встала (король Джулиан).

Самый спорный сюжетный ход «Мадагаскара-2» − это, разумеется, линия Алекса, похожая на «Короля льва» ровно до той степени, чтобы вызывать у зрителей острое дежавю, но при этом уберечь создателей от обвинений в плагиате. Папа-лев, сын-львёнок, злобный претендент на звание вожака прайда, на морде которого рефлекторно начинаешь искать шрам, сын теряется, сын находится… Ну, в общем, вы поняли, да? Не хватает разве что весельчаков Тимона и Пумбы, но этот недостаток, к счастью, искупают другие персонажи — например, король лемуров Джулиан.

Товарищ самым наглым образом крадёт мультфильм не только у главных героев, но и — даже подумать страшно! — у знаменитого пингвиньего спецназа. Практически все по-настоящему истеричные шуточки, после которых только и остаётся, что утирать слёзы, связаны именно с Джулианом — наглым, самовлюблённым, не умеющим, но обожающим свистеть, двинутым на всю голову мохнатым засранцем. Одна только фраза, вынесенная в цитату, стоит того, чтобы ради неё потратить полтора часа своего личного времени.

Впрочем, «Мадагаскар-2» и без этой особи королевских кровей вполне себе бодр, увлекателен и смешон. Не без шероховатостей и затянутостей, конечно, но они, во-первых, каким-то невероятным образом умудряются пролезть в каждый второй мультфильм (хотя нет — в каждый полуторный), а во-вторых — сполна компенсируются всеми вот этими лемурами, пингвинами (чёрт побери, ну почему им не выделили больше экранного времени?) и прочими второстепенными, казалось бы, персонажами.

Так, знаете ли, тоже уметь надо.

Михаил Судаков
2 ноября 2008

Тихий ход

Капризная Фортуна известна своим вздорным характером и привычкой поддерживать людей по-настоящему смелых. Людей той породы, в которой отчаянная удаль считается за норму поведения, а один шанс на миллион всегда оказывается удачливым.

Перестраховщиков же она не любит — слишком они осторожны, чересчур скупы в движениях, предпочитают эффективность и всегда оглядываются на окружающее мнение. С ними безопасно, но до безобразия скучно, поэтому удачи им и не видать. Да она им, в принципе, и не очень нужна, потому что есть вера в свой талант и силы, что тоже крайне полезно для организма и востребовано на рынке труда.

Увы, «Адмирала» делали в некоторой степени перестраховщики, а выбранная тема диктовала людей совершенно другого толка.

Нет, боязнь режиссера, сценариста и продюсеров вполне объяснима и понятна — сюжет явно не простой, для многих может обернуться болезненным действием. Не будем забывать, что даже невинные летающие в холодильниках археологи нарываются в нашей стране на неприятности. Тут же − Колчак, фигура в лучшем случае неизвестная, а для страстных поклонников школьной истории — сугубо антагонистическая.

Тем не менее, шанс ввести эту историческую личность в народ у создателей фильма всё-таки был − хорошо это или плохо, но в кино всё активнее ходит то поколение, которое советских учебников в глаза не видело. Увы, никто эту замечательную возможность так и не реализовал: в самом начале «Адмирала» нам показывают красивый, но один-единственный бой с немецким кораблём, и на этом исторический экскурс в прошлое Колчака как бы заканчивается.

Почему именно этому человеку предлагается активно сопереживать на фоне Гражданской войны и построения нового государства, что он сделал для России − об этом зрителям предлагается догадаться самостоятельно. С одной стороны, принципа «Заинтересовался человеком − купи историческую книгу и прочитай её уже вместо этого своего чёртового гаррипоттера» никто не отменял. С другой — откуда же возьмётся интерес, при таком-то подходе?

«Адмиралъ» до того здорово зачищает все острые углы и обходит все подводные камни с минами, что попутно лишает себя какого-либо вкуса. По форме получился «Властелин колец», не меньше. С одной стороны — царские офицеры, белая кость, вера, любовь преданность к отчизне, одна рука на кортике, другая с периодичностью в пять минут творит святое знамение. С другой — большевики, типичные орки, неопрятные, грязные и харкающие, поодиночке не сильно вредные, но в стае и с пулемётом — опасные. Вроде как ясно, что большевизм — зло, но по степени безликости он ни в чем не уступает Саурону, просто злая сила, стремящаяся к разрушению всего доброго и вечного. Ну а с орков какой спрос? Вот именно.

Цитата:     "Братцы, у нас нет патронов. Да и кому они нужны?"

Стало быть, Православное Средиземье в опасности, времена тревожные, но и в ужасах войны есть место большому и светлому чувству.

Хорошая новость: ужасы войны стали получаться, если позволителен такой эпитет, просто роскошными, ничуть не хуже ужасов войны заслуженных кинопостановщиков с охапкой «Оскаров» за пазухой. Во всем, что касается взрывов, громких звуков и панорамных видов, «Адмиралъ» смотрится на сто миллионов. Что тут скажешь? Научились работать с компьютерной графикой, делать внятный боевой монтаж и включать эпическую музыку там, где надо. Визуальную часть фильм отрабатывает выше всяких похвал. Молодцы.

Не очень хорошая новость — большое и светлое чувство, даром что на нём держится сюжет, получилось откровенно так себе. Воистину, надо быть Тимуром Бекмамбетовым, чтобы разглядеть между персонажами Хабенского и Боярской искру, успешно реализовав её в своем фильме. Фактически, это первый случай в математике чувств, когда умножение на ноль дало ненулевой результат.

С «Адмиралом» же ситуация иная: любовь, которая крепка, как смерть, на поверку абсолютно безжизненна. Скомканное начало истории с рваными дырами в повествовании никак не показывает, откуда такая любовь взялась, а дальше зритель должен просто мириться с проявлением чувств (чаще всего — со стороны Анны Тимиревой), причём происходит это так − на фоне кровопролития произносятся высокопарные предложения и обороты, за которыми не ощущается никаких особых эмоций.

Тут уже позвольте провести другую параллель − с «Турецким гамбитом», где фраза «Я вас люблю» из уст главных героев не звучала ни разу, однако накал страстей был такой, что «Адмиралу», в котором эти три слова произносятся неоднократно, на манер какой-нибудь мантры, даже и не снилось.

Фильм бесповоротно теряет зрителя где-то посередине, когда любовная линия становится откровенно навязчивой, а все остальные сюжетные двигатели откровенно буксуют — или, если выражаться образно, рвут стоп-краны и проваливаются под лёд. А обратного пути, увы, нет. Остается копить скуку до заключительных титров.

Завершающая метафора такова: представьте себе людей, построивших гоночный болид в соответствии с техническими требования «Формулы-1», а потом посадивших за руль не Шумахера, а столетнего дедушку, который за всю свою жизнь не нарушил ни одного правила дорожного движения. Наблюдать за тем, как спорткар неторопливо плетется в правой полосе, просто-напросто скучно. Прежде чем делать фильмы национального масштаба, надо хорошо понимать национальный характер. Там, где русские, там и любовь к быстрой езде.

Юрий Лущинский, Михаил Судаков
12 октября 2008